Начало диалога

Дебаты начались с того, что Виктория Боня напомнила предысторию: ее обращение к Путину, которое собрало миллионы просмотров, вызвало со стороны Соловьева поток оскорблений (как писала «Новая-Европа», он называл ее «потрепанной шалавой» и «агентом Зеленского»).

«Началось с того, что я обратилась по насущным вопросам, которые действительно очень сильно тревожат людей сегодня. Но почему-то с вашей стороны в ответ услышала оскорбления, обвинение в том, что мне этот текст писали и что на Западе кто-то проплатил это мое обращение», — сказала Боня. Она добавила, что хочет услышать извинения.

В ответ Соловьев неожиданно мягко продолжил эфир:

«Во-первых, вы замечательно выглядите. Во-вторых: да, конечно, я должен извиниться. Вы абсолютно правы. Конечно, я был слишком эмоционален, и конечно, какая бы ни была мотивация за тем, о чем и почему я так говорил, — конечно, мне надо было гораздо строже относиться к своим словам, которые были сказаны в прямом эфире», — сказал он.

Однако сразу же добавил, что «странно» записывать его в «главные мизогины страны», так как в его эфирах много женщин, к которым он относится с уважением, а «70% женоненавистников — это женщины». Боня приняла извинения и сказала, что не ожидала, что диалог будет приятным.

Затем блогерка объявила, что перечислила 1 млн рублей в помощь Дагестану. Соловьев тут же откликнулся и заявил, он готов лично отправить 1 млн рублей на спасение птиц в Анапе.

«Если вы готовы перевести 1 млн рублей, я знаю, куда его пристроить», — сказала Боня.

Инстаграм: Боня — за, Соловьев — против

На дебатах завязалась дискуссия о роли Инстаграма: Боня заявила, что на 2020 год 3 миллиона человек «кормили» себя через Инстаграм, продвигая малый и средний бизнес.

Соловьев ответил, что он не против бизнеса, а против того, что Инстаграм, по его мнению, регулярно публикует ложь. Боня согласилась, что вбросы бывают, но повторила: для многих людей Инстаграм остался единственным местом, где можно рассказать о проблемах и быть услышанным.

Пропагандист настаивает: есть мир Инстаграма, а есть «совсем другой мир» — фронт, прилеты, убитые дети. В качестве эмоционального аргумента он рассказал, что видел своими глазами «обугленную голову ребенка» в Курске.

— продолжил Соловьев.

Боня сказала, что принципиально не затрагивает темы «внешней политики»: «Сейчас лучше пусть будет какой‑то там худой мир. Почему это важно? Потому что сейчас и так очень много напряжения, ужасное напряжение. Я это ощущаю в своем сердце, в своей душе. Именно поэтому я сделала это высказывание», — сказала блогерка.

Главная претензия Соловьева: «Путина в России народ любит, а не боится»

Ключевой причиной своей резкой реакции Соловьев назвал одну фразу из обращения Бони — о том, что «Путина боятся»:

«Моя реакция была не столько на ваше обращение, сколько на то, что ваше обращение заметили на таком уровне. … Речь была о вашем начальном посыле, когда у вас прозвучали слова, обращенные к Путину: “Вас боятся?” … Вот это вызвало у меня моментальную реакцию, и это вызвало у меня бешенство, когда это заметили наверху. Потому что Путина в России народ любит, а не боится», — заявил пропагандист.

По его словам, западные СМИ тут же подхватили эту фразу, чтобы доказать, что в России нет демократии и что Боня — «кремлевский проект, который пытается сказать: Путин хороший, бояре плохие»: «Для них важно показать, что в России нет демократии, что Путина не любят, что он диктатор. Путина народ любит. Не слышит вас не Путин. Путин-то слышит. Он как раз с народом. В этом и суть», — сказал он.

Боня попыталась возразить, напомнив, что в своем обращении говорила о проблемах с губернаторами, которые рассказывают президенту «небылицы»:

«Я говорила о том, что очень часто губернаторы, приходя на встречи с президентом, рассказывают те истории — по крайней мере, нам показывают, — что они рассказывают небылицы. И об этом было обращение», — сказала она.

Соловьев парировал, приведя аргумент личного знакомства с Путиным: «Вы что, искренне считаете, что Путин собирает информацию, потому что ему рассказывает только один источник? … Я знаю, как работает Путин, как работает система сбора информации. Я Путина знаю лично».

Предложение о сотрудничестве

Вопреки ожиданиям и неоднократным упоминаниям Соловьева о том, что блогерка живет в Монако, диалог местами перешел в конструктивное русло. Соловьев предложил сделать платформу в госмессенджере МАКС:

«Давайте сделаем платформу в МАКС, чтобы туда перешли люди... вы соберете заявки, которые вам приходят, мы сделаем с вами общую платформу, и я с моими ребятами буду отрабатывать их. Если надо — звонить губернаторам, звонить министрам», — сказал Соловьев.

Также он признал правоту Бони по некоторым пунктам, например, по ситуации в Новосибирске с массовым забоем скота. Боня с удовлетворением заметила: «Владимир, вот на данную секунду я чувствую, что вы несете пользу. Вот почему бы так сразу нельзя было сделать?»

— продолжила она. Соловьев согласился, но с условием: «С вами объединяться — нет проблем. Но с теми, которые пытаются манипулировать... которые действуют против интересов России, — как можно объединяться?»

Боня — про Туапсе, Соловьев — про войну

Боня также рассказала о «проблемах простых людей», в частности, об экологической катастрофе в Туапсе и страданиях животных. «Сейчас знаете, какая самая больная тема? Опять же, судя по Инстаграму. … Туапсе сейчас самая больная тема у людей, потому что животные просто страдают в жутком количестве», — сказала она.

Соловьев резко перевел тему:

Боня ответила, что понимает это, но вновь заявила, что «внешнюю политику не озвучивает». Соловьев возразил: «Это не внешняя политика. Прилетают у нас. В Екатеринбурге в жилой дом прилетело. Какая внешняя политика? … В Туапсе не случайно же животные страдают, потому что укронацисты нанесли удар по нефтепереработке. В этом же проблема».

Боня заявила, что для нее это проблемы внешней политики и что она о ней не высказывается, потому что находится «в той ситуации, где лучше сконцентрироваться на том, что действительно очень сильно беспокоит людей внутри страны».

В ответ на это Соловьев предложил Боне стать постоянным спикером на «Соловьев Лайф», чтобы вещать «здесь с аудиторией» и поднимать важные, по мнению Бони, проблемы. Также Соловьев неожиданно раскритиковал депутата Виталия Милонова, который также оскорблял Боню. «Милонов — человек, который знает мое отношение к нему. Я вообще не понимаю, что он делает в Госдуме. Я не понимаю, почему этот человек вообще в общественной политике. За то, что он говорил, его давным-давно, надо было от всего отлучать», — заявил ведущий.

Отказ извиняться перед Мелони

Боня, почувствовав, что диалог налаживается, попросила извиниться перед премьер-министром Италии Джорджей Мелони, которую он публично назвал «шлюхой» и «фашистской тварью» («Новая-Европа» подробно про это писала). Она настаивала, что оскорблять женщину — некрасиво, вне зависимости от ее политической роли.

Соловьев категорически отказался и разделил понятия «женщины» и «политика»:

«Вы рассуждаете о ней как о женщине. Она премьер-министр Италии? Я ее вообще не оскорбляю как женщину. Это вопрос политический. Итальянские политики называли президента РФ “хуже животного”, “кровавым палачом”. … Конечно, я с радостью извинюсь, хотя она сама написала, что ей всё равно. А кто извинится перед Путиным? А кто извинится перед нашим народом?»

Боня попыталась уйти от ответа и сказала: «Как женщина, как мать, я за то, чтобы хоть где-то создать мир».

Финал: «Мужчины не справляются?» и прощание

Под конец эфира Боня задала философский вопрос: «Вам не кажется, что мужчины не справляются в мировой политике?» Соловьев в ответ на это спросил, не кажется ли блогерке, что эту фразу можно назвать мужененавистнической?

«Мне кажется, что человечество не справляется с задачей в целом — и мужчины, и женщины. Все гораздо страшнее. … Человечество находится в такой страшной беде, что идет к неминуемой катастрофе», — выразил мнение пропагандист.

Затем Соловьев заявил, что «эту беду человечества завели мужчины, которых воспитали женщины, потому что каждого мужчину родила мать».

Они попрощались на позитивной ноте. Боня сказала: «Не думала, что это скажу сегодня, но я очень рада, что я это говорю. Так что благодарю». Соловьев ответил: «Спасибо, Вика. … Мы вышли на какой-то очень важный момент обсуждения».

«Имитация внутренней политики»

Дебаты Соловьева и Бони — «имитация внутренней политики», которая позволяет выпустить пар, но не решает проблем, заявил в разговоре с «Новой-Европа» политолог Иван Преображенский.

— Подозреваю, что скоро мы увидим, как все эти дебаты закончатся где-нибудь в Общественной палате или в Совете по правам человека при президенте. И неважно, говорила ли Виктория Боня от души или нет. Но дебаты с Соловьевым — это, со стороны властей, четкий перевод темы в русло выпуска пара, — говорит он.

Преображенский считает, что эфир был скорее всего инициирован администрацией президента, но без прямых указаний Соловьеву и Боне. «Для этого достаточно оказать правильное медийное воздействие, потом дать сигнал, что неплохо бы высказаться, что неплохо бы провести дебаты. <...> И сейчас этот массовый, вполне естественный и достаточно активный протест, вызвавший заявление Бони, просто канализируют», — пояснил эксперт.

Политолог обратил внимание, что проблемы, о которых говорила Боня в послании Путину, остались без ответа. «Насколько я понимаю, ни одно из ее заявлений даже близко не было разобрано», — сказал он. По его мнению, дебаты свелись лишь к обмену любезностями, а реальные проблемы так и не прозвучали.