Исполнитель особых поручений

Нападения на российских оппозиционеров, предполагаемый заказчик и пять пунктов обвинения. Что происходит на процессе по делу Анатолия Блинова

В Варшаве продолжается открытая часть процесса над Анатолием Блиновым — российским юристом, которого обвиняют в организации нападений на Леонида Волкова и других известных оппозиционеров. Сегодня в суде впервые прозвучала подробная версия самого Блинова: он отверг обвинения и отказался от своих прежних показаний. Блинов утверждает, что во время допроса возникла языковая проблема, слова были вырваны из контекста, а прокурор оказывал на него постоянное давление. «Новая-Европа» рассказывает, что произошло в зале суда и какие новые подробности об этом деле стали известны.

Утром 20 августа в Окружном суде Варшавы продолжился процесс над Анатолием Блиновым. На скамье подсудимых — российский юрист, которого польская прокуратура обвиняет в организации нескольких нападений на российских оппозиционеров в разных странах. Перед началом заседания обвиняемый был в отличном настроении, охотно общался с адвокатами и представителями прессы. Он с большим удовольствием рассказывал о своей семье, по сути дела выражался со сдержанным оптимизмом, в ответ на предложение присесть иронично заметил: «Я сижу уже два года». Возможно, его настроение улучшилось благодаря отсутствию главного антагониста. Активно участвовавший в разбирательстве на протяжении предыдущих судебных дней Леонид Волков сегодня приехать в Варшаву не смог.

Процесс начался 22 июля. Изначально суд должен был пройти полностью в открытом режиме, однако уже в первый день защита Блинова попросила удалить из зала публику и прессу на время допроса обвиняемого. Адвокаты объяснили это наличием чувствительной информации, поскольку предполагалось, что Блинов расскажет о своей оппозиционной деятельности, а разглашение этих сведений может повлечь негативные последствия для его близких, находящихся в России. Суд согласился закрыть именно эту часть заседания, оставив остальной процесс открытым.

Леонид Волков, который проходит потерпевшим по одному из эпизодов и одновременно является вспомогательным обвинителем, делится подробностями в социальных сетях (правописание оригинала сохранено): «Блинов перестал, наконец, пересказывать свою биографию и начал давать показания по существу предъявленных обвинений. Если два прошлых дня его допросов были довольно бессодержательными, то сегодня, напротив, он рассказал много интересного и нового — в том числе прямо показал (выгораживая себя) о ряде преступных действий других сотрудников невзлинского холдинга».

Трудности перевода

Первая часть заседания и в четверг, 20 августа, прошла в закрытом режиме. Публика была допущена лишь во время ознакомления с протоколами допросов подсудимого, проведенных в ходе следствия. Блинов выразил свое несогласие с написанным, пожаловался на языковые трудности и давление со стороны прокурора, который «в показаниях брал только начало и конец», исправлять их не позволял, а в конце допроса Блинов, по его словам, устал и просто соглашался со всеми предложенными версиями.

Обвиняемый неоднократно подчеркивал, что недостаточно хорошо знает польский язык и не всегда понимал, что от него требуется и как именно трактуют его слова. На вопрос судьи «На каком языке проводился допрос?» Блинов ответил: «На русском». Помимо прокурора, в зале присутствовали переводчик и адвокат. Под протоколами допросов стояли подписи Блинова, с чем в ходе заседания предложили ознакомиться сторонам защиты и обвинения.

Формулировки в показаниях действительно порой вызывали вопросы, часто фразы внезапно обрывались или были крайне тяжелы для восприятия. 

Один из таких случаев переводчица просто отказалась переводить, к чему, впрочем, судья отнеслась лояльно, поскольку сама не смогла вычленить смысл из хаотичного потока текста.

Польское законодательство позволяет участнику следственного действия заявлять возражения относительно содержания протокола. На сегодняшнем заседании Блинов настаивал: зафиксированная в документах информация не отражает того, что он действительно имел в виду. «Участвовал», «просил», «заказывал» подсудимый попросил заменить на обтекаемое «гипотетически обсуждал» или «обдумывал».

При этом отдельные статьи протокола не вызвали у обвиняемого протеста: например, он подтвердил, что действительно получал деньги от Леонида Невзлина. Но принимались они не для организации нападений, а для пожертвований в фонд Action for Life или в виде презента на «жизнь и прочие траты».

Пять эпизодов

В обвинительном акте польская прокуратура объединила пять преступлений, совершенных в Вильнюсе, Буэнос-Айресе и Нью-Йорке. Наиболее известное из них — нападение на Леонида Волкова. Но это был далеко не первый случай, который следствие связывает с Блиновым.

Самый ранний инцидент произошел в июле 2023 года в Вильнюсе. Там неизвестные подожгли инсталляцию, изображавшую тюремную камеру Алексея Навального. По версии польской прокуратуры, организатором поджога выступил Анатолий Блинов. О том, что произошедшее станет одной из частей обвинения, еще до начала судебного разбирательства писал Волков.

Через два месяца, в сентябре, география преступной деятельности расширилась до Буэнос-Айреса. В столице Аргентины было совершено нападение на Александру Петрачкову, жену российского экономиста Максима Миронова. Согласно версии польского следствия, нападение связано с политической деятельностью пары и должно было заставить Петрачкову прекратить участие в поддержке российской оппозиции: «Блинов по поручению “установленного лица” искал исполнителей для запугивания Миронова и Петрачковой с целью принудить их прекратить политическую деятельность в поддержку объединения российской демократической оппозиции, сфокусированной на борьбе с коррупцией», — говорится в представленном в суде обвинении.

Одной из главных целей Блинова и связанного с ним «установленного лица», судя по всему, был Леонид Волков. В ноябре 2023 года, по версии следствия, Блинов пытался организовать атаку на него в Нью-Йорке. План не сработал: предполагаемый исполнитель приехал в США, однако в последний момент отказался от реализации задуманного из-за полицейского наблюдения. Через несколько месяцев нападение всё же произошло, но на другом континенте — в Вильнюсе.

12 марта 2024 года двое мужчин атаковали Волкова возле его дома: разбили окно автомобиля, распылили газ и избили оппозиционера молотком. Политик получил тяжелые травмы руки и ноги. Польская прокуратура считает, что Блинов организовал нападение и координировал действия исполнителей. Именно это преступление является ключевым для следствия и стало причиной задержания юриста в Польше.

Во время заседания 20 августа Блинов отметил, что никогда не планировал физической атаки на Волкова и всегда воспринимал его как союзника в борьбе против «общего врага». Себя он считает настоящим оппозиционером, во многих вопросах более принципиальным и радикальным. При этом Блинов рассказывает, что раньше он, Невзлин и ряд их близких знакомых сами инициировали донаты на работу Фонда борьбы с коррупцией или транспортировку Алексея Навального в Берлин после отравления «новичком» в 2020 году. Впоследствии они стали подозревать Леонида Волкова в мошенничестве, а форму работы и отчетности Фонда считали недостаточно прозрачной. Именно поэтому сотрудники ФБК вызывали повышенный их интерес. Своему помощнику подсудимый, по его словам, поручил исключительно проверку финансовых обстоятельств; нападение и нанесение вреда здоровью стали «форс-мажором», на который он согласия не давал.

На этом этапе в деле появляется еще одна важная фигура — Леонид Невзлин. По данным польской прокуратуры, Блинов находился под влиянием Невзлина и был с ним в постоянном контакте во время подготовки нападений. Основным доказательством возможной причастности бывшего владельца ЮКОСа к преступлениям является его переписка с Блиновым. 

В частности, в сообщениях обсуждаются нападения на Александру Петрачкову и Леонида Волкова, сбор компромата на Владимира Гусинского и другие действия, которые могут быть связаны с возможными правонарушениями.

В ноябре 2024 года «Медиазона» получила доступ к архиву из более чем 2,5 тысячи сообщений и восстановила их хронологию. Переписка охватывает период с августа 2023-го по март 2024-го — он совпадает с событиями, которые легли в основу «польского дела». Журналисты сопоставили сообщения с реальными событиями и подтвердили, что не нашли признаков подделки архива. В своем телеграм-канале Невзлин заявил: «Во-первых, я не имею отношения к каким бы то ни было нападениям на людей, ни в какой форме. Во-вторых, подробно обсуждать детали этого состряпанного в Москве “слива” я не вижу особого смысла». В польском процессе Невзлин обвиняемым не является и фигурирует в деле только как «установленное лицо», во вкладе которого суду только предстоит разобраться.

Во время сегодняшнего заседания Блинов часто обращал внимание, что Невзлин давал ему поручения, связанные прежде всего с финансовыми вопросами: например, требовать от российских оппозиционных организаций и проектов, помогающих Украине, отчеты по распределению полученных от бизнесмена средств. Часто деньги, которые Невзлин переводил на личный счет Блинова, перенаправлялись на благотворительные нужды, в числе которых покупка специализированных машин для украинской армии. Финансовая схема в данном случае выглядела чрезвычайно запутанно: Невзлин переводил деньги со своего счета на личный счет Блинова, который в свою очередь наличными отдавал сумму Павелко, а тот в итоге и вносил всё в фонд Action for Life.

Обвиняемый говорил о Невзлине как о «своем близком друге», «главном враге Путина» и «прекрасном человеке». Комментируя протоколы, он горячо отстаивал репутацию бывшего владельца ЮКОСа и ясно давал понять, насколько неприятно ему слышать любые подозрения в его адрес.

Нападения — не единственная статья обвинительного акта. В пятом и заключительном пункте указывается «подготовка к использованию поддельного польского водительского удостоверения». Блинов подтвердил, что поддельные документы у него действительно были, однако они «лежали без дела», а контакты изготовителей он с радостью передаст суду с помощью своих адвокатов.

Эксцесс исполнителя

Отдельное место в деле Блинова отведено Виктору Павелко — человеку, которого следствие считает одним из главных участников преступлений и верным исполнителем поручений юриста. В «новых» показаниях подсудимый активно оспаривал подчиненную позицию делового партнера, отмечая его самостоятельность и независимость.

По словам обвиняемого, он не давал Павелко инструкций нападать на Максима Миронова или членов его семьи, ему хотелось лишь немного проучить экономиста, «за помои в интернете облить помоями в реальной жизни». Обсуждался поиск человека в Аргентине, который согласился бы «облить грязью» Миронова во время публичного мероприятия в ответ на негатив, который тот распространял в интернете о Леониде Невзлине.

На вопрос судьи «Был ли Павелко знаком с Невзлиным?» Блинов ответил: «Нет»; однако, по его словам, Невзлин постоянно фигурировал в их беседах. Кроме того, подсудимый добавил, что если бы ситуация пошла по плану, инцидент был бы полностью профинансирован им самим, но поскольку Павелко проявил инициативу и устроил нападение на Петрачкову — все финансовые обязательства лежали на нём.

Денежный вопрос красной нитью проходил сквозь все показания Блинова, вопросы судьи также зачастую касались финансовых отношений.

Например, Блинов поделился, что перед своей поездкой в Испанию он отдал Павелко свою физическую банковскую карту Wise, поскольку тому «нечем было кормить своих жену и детей». В Испании юрист пользовался электронной версией карты и не следил за тратами делового партнера. Судья эмоционально воскликнула: «Как вы могли не заметить, что за два месяца с карты исчезло 60 тысяч злотых (примерно 14 тысяч евро. — Прим. ред.)? Разве вы не обсуждали это по телефону? Какой голод в двадцать первом веке в Польше?» Блинов неловко пожал плечами и пояснил, что сын Павелко занимается в футбольном клубе, и им могли понадобиться большие деньги.

Уже во время следствия стало известно, что крупные суммы тратились не на потребности семьи, а на кафе, массажные салоны и игорные заведения.

Живая реакция последовала и после рассказа Блинова о солидных средствах, полученных в казино, которые он неоднократно переводил Павелко «в счет долга»: «Мне просто приходили выигрышные комбинации». Подводя итог, подсудимый с сожалением упомянул, что три казино Польши отказались впускать его снова «из-за слишком больших выигрышей».

Деньги погубили вечный союз друзей и коллег. Блинов, по его словам, часто давал Павелко в долг, не всегда брал расписку, а когда просил вернуть, встречал безразличие и игнорирование. По его мнению, именно доброта привела его на скамью подсудимых. Павелко не хотел возвращать деньги, поэтому всячески дискредитировал бывшего товарища.

Две версии

Таким образом, прошедшее в четверг заседание предложило суду две существенно расходящиеся версии произошедшего. С одной стороны — позиция обвинения, согласно которой Блинов был организатором серии нападений, а Невзлин — их вероятным вдохновителем и заказчиком.

Подсудимый от этой версии отказывается, называя ее бездоказательной и рожденной давлением прокурора. Его поручения, утверждает он, были связаны с финансовыми вопросами и проверкой деятельности оппозиционных организаций, а о нападениях он не мог даже догадываться, поскольку во всех случаях Павелко действовал полностью независимо и самостоятельно. Какой из предложенных вариантов окажется более убедительным, предстоит установить в ходе дальнейшего рассмотрения дела.

На протяжении всего заседания атмосфера в зале оставалась расслабленной и, насколько возможно, дружелюбной по отношению к подсудимому, даже несмотря на то, что судья с впечатляющей регулярностью указывала на несостыковки и смысловые лакуны.

Варшава