«Освободили. И толку?»
Два года после вторжения ВСУ в Курскую область: монолог беженца об оккупации и борьбе за новое жилье
Александр — беженец из Суджанского района. Когда начиналась оккупация, он смог выехать и вывезти семью, но вот уже два года не может получить обещанный властями сертификат за разрушенный дом. Замостье, родной поселок Александра, почти полностью был уничтожен в ходе боевых действий.
А еще на Александра был записан дом его отца. Так сделали, чтобы в будущем не было проблем со вступлением в наследство. Но власти готовы компенсировать только что-то одно и Александру нужно решить: оставить бездомными жену с детьми, либо своего отца. Вместо решения проблемы, администрация Курской области предлагает лишь брать ипотеку.
Александр живет надеждой когда-нибудь всё же вернуться в Замостье, чтобы восстановить свой дом и поселок. Издание «Ветер» поговорило с ним о том, что он видел своими глазами и как пытается строить новую жизнь с нуля.
«Взрыв и пламя яркое такое, пипец, до неба. Думаю, ну попали в гараж, пипец машине. Думаю, хоть выбегу, собаку отвяжу. Выбегаю — нет, сарай целый.
Смотрю, они попали в газовую трубу, просто перебили пламя, и всё. Вот тут как бы соседи выскочили. Ну, видно, ПВО сработало, либо кассетки начали бить.
Связь еще была, как бы в МЧС я звонил, типа, ну что, газовая труба перебита, ребята, прикройте газ придите. Так и не дозвонился. Никто трубку не взял. Ну, тут как бы жену, детей взял, отвез в Курск.
Господа, на хрена мне ваша ипотека по 2%, когда у меня было свое жилье. У меня было свое жилье. И с какой радости я должен покупать? Подождите, блин, в Конституции же прописано, что государство мне гарантирует сохранность, защиту имущества, здоровья, всего-всего-всего. Ну не я виноват, что так получилось. Пожалуйста, верните то, что как бы вот мое было.
Доклады красивые идут на Москву отсюда. Всё хорошо, всё замечательно, просто шикарно. А люди без жилья, и даже некоторым ничего не светит. Ребят, ну мы же налоги платили. Мы же платили налоги государству. Платили. И мы старались. Старались. Ну, получилось так, мы остались без ничего. И что? Потихоньку предают эту тему забвению. Просто стараются спустить на тормозах.
Поэтому как-то так. Всё печально. Ну а что делать? Жить-то дальше надо как-то, выживать. Поэтому сейчас выживаем и не живем».