Война пришла за деревьями

Как жители московского Кунцево пытались спасти лес, который власти решили вырубить ради ПВО

В конце мая жители московского района Кунцево вышли протестовать против вырубки леса. Собрание закончилось задержаниями — по соцсетям тогда разлетелись видео, на которых полиция заламывает руки одной из протестующих.
Сейчас поляна, вокруг которой вырубили деревья, полностью забетонирована, территория обнесена забором с колючей проволокой, а вокруг валяется строительный мусор. По данным OSINT-аналитиков, на этом месте установят системы противовоздушной обороны (ПВО), которые ранее появились в других московских парках.
«Ветер» рассказывает, как жители Кунцево объединились, чтобы отстоять лес, почему им это не удалось и как изменения в законодательстве могут привести к вырубкам по всей России ради военных объектов.

«Ты задаешь неудобные вопросы»

В ночь с 22 на 23 мая жители московского района Кунцево услышали звуки бензопилы в лесном массиве Москворецкого парка недалеко от стадиона «Медик» и заметили, как возле опушки собираются рабочие. Днем проходящие мимо люди пытались узнать у рабочих, что происходит и почему нигде нет информационного щита о планах строительства. Вечером следующего дня к месту вырубки вышли более ста человек, и строительные работы на это время удалось остановить. Собравшиеся обсуждали, кто останется на ночное дежурство.

— В чате [защитников леса] писали, что нужны активисты после 23:00. А я как раз пришел с работы. Хотел еще собаку с собой взять, говорю семье, меня тогда точно никто не задержит. Но собаку мне не дали, говорят, иди сам воюй, твоя война, — рассказывает «Ветру» житель Кунцево Александр.

Однако ночью защитить лес не удалось: около полуночи некоторых защитников начала задерживать полиция. Среди задержанных оказался и Александр.

— Я перебросился с Алексеем Александровым, префектом ЗАО (Западного административного округа. — Прим. ред.), буквально двумя фразами. Позже я отошел в сторону, и ко мне подошли полицейские со словами: «Ты задаешь неудобные вопросы, поехали с нами». А я что? Сопротивляться буду? Конечно, поехали, — вспоминает он.

В отделении полиции у Александра забрали телефон и попросили подписать документ о явке к участковому для разъяснительной беседы, что защитник леса отказался делать. Хотя протокол о задержании полицейские не оформили, мужчину отпустили лишь спустя шесть часов. Двум другим задержанным повезло меньше: девушку и парня грубо скрутили на улице, оставили в ИВС на ночь, вменили сопротивление сотрудникам полиции и назначили штраф в размере четырех тысяч рублей каждому.

Задержания начались после приказа префекта ЗАО Алексея Александрова. Отвечая на вопросы возмущенных жителей, он неожиданно обратился к полицейским: «Убирайте всех в полицию, там им объяснят».

Единственное, что стало известно из разговора с чиновником: в лесу будут строить некий «военный объект». Уже тогда жители стали предполагать, что речь идет о ПВО, но сопротивление останавливать не собирались, — на следующий день в чате снова запланировали встречу на том же месте, чтобы собрать подписи в защиту леса.

ПВО вместо праздников

Однако 25 мая полиция начала проверять у людей документы и задерживать сразу, как только они начали собираться.

— В первые же 5–10 минут я был без какой-либо причины задержан с еще одним незнакомым мне молодым человеком. Видимо, просто стояли неудачно, — рассказывает «Ветру» житель Кунцево Николай. — Нам сказали, что якобы мы «пришли на [несогласованный] митинг». Через час нас доставили в отделение, ничего не предъявили, а просто держали там ровно три часа под предлогом «проверки». Потом отпустили без протокола. Пришлось только подписать предостережение [о недопустимости противоправных действий], видимо, в качестве такого своеобразного наказания.

Вместе с Николаем в полицию привезли еще четверых человек, их также отпустили через три часа без протокола. Еще одному грозили административной статьей за неповиновение полиции, однако назначили ему в итоге штраф или нет, опрошенные «Ветром» активисты и жители не знают.

«[Полицейские] всех гоняли по району. Было и смешно, и грустно. Я такого не ожидала. Думала, они на месте стоять должны, — писала в чате участница встречи Евгения. — Спросили, где мы гуляли и куда еще пойдем. Я говорю: “А вы тоже гуляете?” “Нет, мы службу несем”, — мне ответили. Подписать мы, к сожалению, ничего не смогли».

После этого жители Кунцево уже не пытались провести общих встреч, а в чате всё чаще стали появляться сообщения о том, что побороть Минобороны не получится. Впрочем, задержания не прекратились: на следующий день участковый пришел домой к мужчине, который расклеил листовки с информацией о том, как вступить в чат по защите леса.

— Участковый попросил активиста проследовать в отделение для дачи показаний, там его задержали на ночь. На следующий день у него был назначен суд. Но судья не нашла основания для возбуждения дела, его просто отпустили, — рассказала «Ветру» местная активистка Алёна.

Сейчас в чате защитников леса почти 1500 человек. Большая часть подписалась в первые дни противостояния. По словам Алёны, в основном люди узнавали о кампании в защиту леса из районных и соседских чатов и листовок, которые расклеивали в Кунцево сами жители. Со своими соседями активистка объединилась еще за несколько недель до вырубки леса у «Медика».

— Тогда у меня около дома тоже начали вырубку деревьев в небольшом лесном массиве, под предлогом благоустройства [в том же Москворецком парке]. Мы объединились с жителями, чтобы разобраться в происходящем. И когда началась еще одна вырубка в соседнем с нами лесу, мы сразу пошли туда, — рассказывает Алёна.

По ее словам, часть жителей действовала так решительно, потому что хорошо знала, как по всей Москве происходит уничтожение лесов, еще недавно обладавших статусом природоохранных. Но и те, кто не следил за наступлением властей на другие московские природные зоны, возмутились происходящему: у многих с этим лесом связаны воспоминания из детства, жители любят тут гулять, заниматься спортом, отмечать праздники.

— Я уехала [24 мая] примерно за десять минут до того, как пришел префект ЗАО и начались задержания, — рассказывает Алёна. — Меня подвозила женщина, которая недавно потеряла мужа. Он был связан с этим лесом: проводил там очень много времени, и все праздники, включая Новый год и дни рождения, они отмечали в лесу. Поэтому на общую встречу она символично надела одежду супруга. Время в лесу — это одно из сильных воспоминаний, которые остались у нее о муже. И вот сейчас деревья уничтожают и даже нормально объяснить не могут, почему.

Житель Кунцево Александр Савин последний год каждый день выходил на утреннюю пробежку, маршрут которой проходил мимо опушки, на которой началась стройка. И на протяжении всего месяца видел, как вокруг нее вырубают деревья, ее саму заваливают строительным мусором и ограждают забором.

— Я же вырос здесь. Мы там отмечали наши детские дни рождения, постоянно встречались с друзьями, устраивали праздники, семейные встречи. И вот прямо на том месте, где у нас когда-то стоял праздничный стол и всё было украшено воздушными шарами, теперь стоит военный объект, — рассказал «Ветру» Александр.

В чате жители тоже делились воспоминаниями и чувством растерянности от происходящего. «Сегодня были с детьми на “Медике”. Шум от техники как ножом по сердцу. У сына там [на детской площадке около опушки] скворечник, который делал своими руками, и мы его постоянно ходили смотреть. Просто рыдать хочется, что творят», — пишет участница чата Катерина.

Не особо охраняемые природные территории

Москворецкий парк, в котором происходила вырубка, как и еще 145 других московских природных зон, до недавнего времени имел статус «Особо охраняемых природных территорий» (ООПТ). Однако в декабре 2024 года власти города изменили их статус на ООЗТ — «Особо охраняемых зеленых территорий». Это привело к значительному ослаблению юридической защиты московских парков и лесов. Как отмечают экологи, на ООЗТ фактически разрешено строить автомобильные и железные дороги, трубопроводы, линии электропередач, здания и парковки.

Из-за нововведения уже пострадали парк Покровское-Стрешнево, через который проводят платную автомагистраль, парк Крылатские холмы, где сейчас идет «благоустройство» и строительство «спортивного кластера», и другие зеленые зоны Москвы. В самом Москворецком парке, в другой части леса, вырубки происходили еще в апреле: там власти проводят «благоустройство».

В марте этого года Госдума одобрила в первом чтении законопроект, который может иметь такие же последствия уже для региональных ООПТ по всей России. Согласно документу, их территорию можно будет сокращать в трех случаях: «для обеспечения обороноспособности и безопасности страны», для реализации федеральных и региональных проектов, которые существенно влияют на социально-экономическое развитие, и в случае, если какие-то участки утратили свою природоохранную ценность. От последнего пункта депутаты, по-видимому, всё же собираются отказаться. По словам председателя комитета Госдумы по экологии Дмитрия Кобылкина, в поправках к закону этот пункт исправили. Второе чтение законопроекта отложили на осень — вероятно, его рассмотрение пройдет уже после выборов в парламент.

Однако на фоне усилившихся атак украинских беспилотников российские власти приняли законопроект, который в практическом смысле делает закон об изменении границ ООПТ избыточным. 26 июня вступили в силу поправки в закон «Об обороне». Согласно документу, при проведении строительных работ, «необходимых для содействия ВС РФ в решении задач по пресечению воздушного нападения на территорию РФ», не будут действовать ограничения, связанные с использованием ООПТ, а также ограничения, установленные в отношении объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов России.

Кроме того, при строительстве таких «оборонных» объектов теперь можно не оформлять документы, которые ранее для этого требовались, не проводить экспертизы и согласования с другими органами власти. Например, теперь необязательно оформлять разрешения на вырубку зеленых насаждений и документы, подтверждающие наличие прав на земельный участок, на котором планируется проведение работ. Не нужно также проводить археологическую разведку, информировать о застройке и развитии территорий в государственных ресурсах.

Причина вырубки: ПВО или ЖК «Лесное»?

В то, что в Москворецком парке будут действительно строить «военный объект», некоторые жители Кунцево верить отказывались — слишком часто слова чиновников про заботу о гражданах оборачивались в итоге строительством очередного ЖК. «Буквально первая мысль была, что сейчас они под видом обороны вырывают “жирный” кусок земли, вырубят там всё зеленое, уничтожат всю живность, а потом передадут какому-нибудь девелоперу на постройку условного ЖК “Лесное”. Не удивлюсь, если окажется, что это пролоббировано каким-то девелопером со связями в правительстве. Сейчас время такое, что под эгидой СВО можно мутить любые свои делишки», — писала участница чата защитников леса.

Однако, как сообщало «Радио Свобода», на месте вырубки в Москворецком парке, по всей видимости, устанавливают системы ПВО, состоящие из зенитно-ракетных комплексов С-300/С-400. Ранее аналогичные установки появились в других московских парках — в 2023 году в Лосином острове и весной 2025-го в Измайлово, — а также на опытных полях Московской сельскохозяйственной академии имени Тимирязева, в 2023 году. Кроме того, площадки предположительно для С-300/С-400 появились в мае этого года около здания Ломоносовского корпуса МГУ, где находится главный офис фонда «Иннопрактики», возглавляемого дочерью Владимира Путина Катериной Тихоновой.

Во время начала вырубок в Лосином острове местные жители обращались в различные ведомства, требуя объяснить, почему нет никакой информации о строительстве, и проверить нарушения экологического законодательства. Однако в ответ получали стандартные отписки.

Как объяснил «Кедру» руководитель программы Greenpeace по особо охраняемым природным территориям Михаил Крейндлин, любое строительство и рубки на территории ООПТ (статус Лосиного острова сохранили) могли происходить либо для нужд самого парка, либо для нужд города. В любом случае требовалось согласовать работы с Минприроды, получить государственную экспертизу, оценку воздействия на окружающую среду и другие разрешения.

На обращение одной из жительниц Кунцево по поводу вырубки в Москворецком парке природоохранная прокуратура ответила, что на территории ООЗТ можно строить инфраструктурные объекты и здания, работы проводятся для обеспечения безопасности города Москвы, а на вырубку деревьев были получены два разрешения от департамента природопользования и охраны окружающей среды города Москвы (ответ прокуратуры имеется в распоряжении редакции). Впрочем, активисты отмечали, что в разрешениях, которые были у рабочих на руках, указано явно меньшее число деревьев, чем было вырублено.

— В общих чертах префектура была неправа, что не выстроила коммуникацию с жителями, в том числе со мной, — рассказал «Ветру» Александр, которого в мае на первой встрече жителей задерживала полиция. — Но в целом то, что они озвучили, так оно и есть.

У меня есть связи в Минобороны, мне там всё объяснили. Поэтому я свою квартиру застраховал от попадания беспилотника, сейчас такой пункт появился в страховке недвижимости. Для моего жилья, которое находится рядом [с площадкой для ПВО], это риски.

От площадки, предназначенной для систем ПВО, до ближайших жилых домов расстояние около 800 метров. Это вызывает беспокойство и у других жителей района. Кто-то опасается, что сами ПВО станут целью, другие — что обломки сбитых ракет или БПЛА (беспилотные летательные аппараты) могут попасть в дом. «Сегодня БПЛА сбивали в пределах МКАД (московская кольцевая автомобильная дорога. — Прим. ред.), и всё, что сбили и не сбили, падало на жилую застройку. После этого сложно понять, почему тот объект, который делают в нашем лесу, нельзя было поставить подальше от наших жилых домов», — писал участник чата защитников леса.

«С людьми нельзя обращаться как с тупой толпой»

Кунцевская стройка проходила в ускоренном режиме и была завершена примерно в течение трех недель. Сейчас поляна, вокруг которой происходила вырубка, полностью залита бетоном, обнесена забором с колючей проволокой и камерами. Дорогу, которая ведет к этому месту, заасфальтировали, предварительно засыпав землю строительными отходами. Деревья вдоль дороги вырубили, по всему периметру началось заболачивание почвы, вокруг валяется мусор. Как сообщали местные жители в чате, на днях к объекту завезли военную технику.

Часть жителей после того, как стало ясно, что лес отстоять не удастся, почувствовала разочарование в возможностях успеха какого-либо коллективного действия. «Я всегда была борец, борец за многое. Но в свете таких событий руки опускаются. И нет веры в справедливость, в законы, вообще во что-либо, что может утолить жажду наживы в людях, у которых есть власть», — пишет одна из участниц чата защитников леса.

Однако в самом чате, хотя его активность и снизилась после начала строительства, люди постоянно предлагают организоваться, чтобы минимизировать урон от строительных работ. Например, обсуждалась возможность экологической экспертизы из-за того, что вокруг объекта и дороги к нему началось заболачивание. Также жители планируют направить обращение на портал «Наш город» с требованием убрать оставленный после работ мусор. Некоторые участники предлагали добиться от властей письменных гарантий, что в случае завершения войны с Украиной и демонтажа площадки для ПВО, на ее месте не появится жилой комплекс, а будут вновь посажены деревья.

— Похожие ситуации бывали по Москве. Допустим, делали площадку, на ней собирались строить спортивный комплекс, — объясняет «Ветру» местная активистка Алёна. — Делали всё под видом того, что это нужно жителям, спорт развиваем. А потом через несколько лет на платформе «Активный гражданин» или еще где-то проходило голосование, что строить на этом месте. И условные 25 жителей, которые непонятно откуда взялись, голосуют за то, чтобы построить ЖК. И всё. Поэтому если мы действительно получим какое-то подтверждение, что строительства не будет, это потом может стать дополнительным аргументом против застройки.

Александр Савин предлагал устроить субботник, чтобы убрать мусор, который в лесу был и без строителей. По его словам, это также повод встретиться вживую и обсудить возможность более организованных действий. Например, зарегистрировать территориально-общественное самоуправление (ТОС), обращения которого властям будет сложнее игнорировать.

— Я не из тех, кто опускает руки. Нужно постараться использовать этот повод для объединения с людьми, которые реально обеспокоены произволом. Чтобы представители власти понимали, что эти ребята здесь на своей земле находятся, что они отстаивают интересы не просто своего района, а места, в котором они выросли и хотят, чтобы благополучно выросли их дети и внуки, — уверен Александр.

По мнению Алёны, несмотря на то, что ситуацию изначально невозможно было изменить в пользу жителей, их протест в любом случае имел смысл:

— Мне кажется, важно донести до властей и до общества в целом мысль, что с людьми нельзя обращаться как с тупой толпой, как с какими-то бессловесными животными, — говорит активистка. — Даже в такое время, даже в таком государстве. Для меня действительно важно, что жители смогли организоваться и выразить свое несогласие. И это доказывает, что даже сейчас у людей остается чувство того, что это наша страна, наш город, наш лес. И это не то место, куда можно прийти и сделать с ним всё, что угодно. Важно сохранять сознание того, что люди действительно могут на что-то влиять, а не просто слушать, что им говорят и ничего не делать. И это та причина, почему я до сих пор не опустила руки.

Автор: Дмитрий Жадан